Добро пожаловать

О книге:

В данной книге представлена история Марийского народа. Здесь рассмотрено происхождение, особенности языка, обычаи и нравы. Все факты подкреплены источниками и ссылками на них.




Приятного прочтения

Подпись:  УПРОЧЕНИЕ ФЕОДАЛЬНОГО СТРОЯ И ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ МАРИЙСКОЙ НАРОДНОСТИ (XVII—XVIII вв.) ФЕОДАЛЬНЫЙ ПОРЯДОК И КРЕСТЬЯНСКАЯ ОБЩИНА

в. И. Г. Геор­ги кратко заметил, что марийцы «в деревнях же их, в коих бывает дворов до тридцати, имеют они подобно россиянам, миром (курсив наш.— К. К.) выбранных сот­ников, десятников и старост», т. е. этот автор не видел как будто бы разницы между    русской    и    марийской крестьянской (в данном случае соседской) общиной. Но рукописное «Топографическое описание по Казанскому наместничеству» 1787 г. сочло необходимым подчерк­нуть прочность родственных связей: «черемиса и чюва-ши поселения свои имеют в лесистых местах, хотя их деревни во многочисленных же дворах, но с отделения­ми по родствах их одного от другого».

Желаемую ясность в этот вопрос не внесла и лите­ратура XIX в. К примеру, Г. Перетяткович уверенно го­ворил о поволжской «ясашной общине» XVIXVII вв., но при этом, с одной стороны, писал: «говорим реши­тельно община потому, что и в нынешнее время в дерев­нях Казанского уезда чуваши живут семейнородовыми общинами, поселения которых нередко носят названия отцов семейства или «родоначальников, впервые тут поселившихся»143, но, с другой стороны, возвращаясь к материалам XVIXVII вв., выделял чисто складничес-кую общину: «крестьянские общины в поселках состоят чаще всего из 3, 5, 10 человек, причем форма выраже­ний нередко такая: «починок Матюшки Важенина с то-варыщи» 144. Исходя из этого, Г. Перетятковича, видимо, можно понять в том смысле, что при феодализме в Сред­нем Поволжье существовали как «семейнородственные», так и «складнические» (соседские) общины.

Формам общественного устройства марийцев уделя­ли внимание С. К- Кузнецов и П. М. Ерусланов, но рассматривали их преимущественно как сельские орга­низации для свершения коллективных жертвоприноше­ний. По С. К- Кузнецову, каждая такая организация есть приход нескольких деревень, кумыж (одночашники при религиозной трапезе) —«целый большой род, распа­дающийся на мелкие единицы — семьи (шамыч)». В свою очередь, о восточных марийцах П. М. Ерусланов писал: «Признаком общения между ними в настоящее время могут служить так называемые дины или меры (от русского слова «мир»). Этими словами обозначает­ся союз нескольких деревень, а вместе с тем и «насылов» («родов».— К. К-), для общественных    жертвоприношений (в середине июня). Существование родственной связи между деревнями, составляющими «дин» в преж­них поколениях, сознается вполне ясно, что видно из преданий о расселении черемис по отдельным селениям. Так, в Чураевский «дин» входят деревни, основанные выходцами из Чураевой, в Камеевский — выходцы из Камеевой и проч...». Конечно, сельская религиозная организация может соответствовать соседской общине, но в данном случае имеются в виду своеобразные при­ходы для отправления семейно-родового культа, но от­нюдь не «мирских» молений без различия родства лю­бых степеней.

Среди дореволюционных исследователей, пожалуй, первым, кто обратил серьезное внимание на формы об­щинного землевладения и общественного устройства у марийцев, был проф. В. Ф. Залеский, который, поль­зуясь современным ему материалом, попытался приме­нить ретроспективный подход к изучению прошлого марийской общины. Отправным пунктом его исследова­ния был тот факт, что у марийцев и чувашей Казанской губ. вся удобная земля «находится исключительно а-общинном владении, особенностями которого являются преобладание сложных общинных форм и так называе­мые «переделы по согласию».

Оглавление




По материалам сайта www.vindexexpo.com